Бес противоречия тоже хочет веселиться.

Размышляю о жизни. В последнее время это происходит под чашку дешевого чая, кино о ближайшем будущем категории "Б" и книжки словенского хулигана от философии.
Каждый раз пытаясь оценить происходящее в моей жизни движение к знаковому числу "тридцать", скатываюсь в софистику самого низкого пошиба. Точка невозврата была пройдена. когда я перестал акцентировать на этом свое внимание.
Невозмутим, как танк при созерцании ключевых аспектов собственного существования, и дико раздражителен в мелочах. Усугубляется раздражение тем, что меня все чаще и чаще посещает Бес противоречия. Он вездесущ. Разрывает мою личность и разбрасывает ошметки по всем сторонам света и полосам движения. Эта рыжая лисья морда разъедает меня своми репликами-насмешками даже при простом заказе художественной литературы в книжном интернет-магазине. Он как ртуть. Как пламя и лед, поющие свои заунывные песенки.
В итоге времени нет вообще, но при удивительной неспешности и показательной ленности, коэффициент полезной деятельности растет в геометрической прогрессии. Хотя видимых результатов придется ждать еще, как минимум, пару месяцев. А до тех пор я трачу последние гульдены на розовые пригласительные билетики, пытаясь сделать Фатуму одолжение и успеть на все вечеринки завтрашнего дня.

Сай Кин.

Trip time!

Ночь после дождя.
Луна выглядывает из дырки в смятой грязной простыне неба. Щерится.
Мы с другом мчимся по городу, который вытащил из карманов все имеющиеся в наличии огни. Заменил ими людей на улицах.
Огни и кошки. Огни отражаются от гладких, лоснящихся шкурок, и умирают в глазах. Кошки кричат. Я растекаюсь по пассажирскому креслу. Улыбаюсь и пытаюсь шутить. Друг, по-волчьи оскалившись, выкручивает тумблер громкости на магнитоле, дергает рулем и кричит что-то про «клуб двадцати семи». Я не слушаю, а просто смотрю, как фонари превращаются в светящуюся дорогу. В змею.
В самом центре города, там где эстакады и хитроумные развязки магистралей перемежаются частными домами с щербатыми заборами мы замедляемся. Среди вывернутых внутренностей канализации и распахнутых пастей колодцев мы иногда останавливаемся и стучим в двери домов, на которых неумелыми руками размашисто написано «шиномонтаж». В два часа ночи, в середине августа, нам необходимо сменить зимнюю шипованную резину. Именно этим занимаются Безумносмеющиеся Люди, час назад сошедшие с поезда. Таких не убивают в подворотне за дешевый телефон. Таким не задают вопросы.
Потому мы чувствуем себя в безопасности. Даже когда впереди пропадают огни светофоров и немногочисленных окон серых квадратных домов. Даже когда из темноты слышится надрывный нечеловеческий вой. Даже когда нас на абсолютно пустой дороге подрезает огромный мусоровоз, явившийся прямиком из фильма «Дрожь земли». Даже в этой ситуации я просто киваю другу, и мы дальше мчимся по лабиринту.
Ближе к утру цель поездки стирается из мыслей. И мы дублируем функции. Теперь я сажусь за руль. Только руль этот в другом авто, и друга на пассажирском сиденье нет. Он, бросив в меня парой наборных гантелей, устремился куда-то наверх. Я же надеюсь, что ночь моя относится к тем дамам, которым возраст к лицу и просто еду навстречу рассвету. С горящим сердцем и пустыми глазами. Только лишь для того, чтобы на очередной парковке повстречать мудреца, который после дюжины вопросов, тысячи просьб и одной отчаянной мольбы, наконец, удостаивает меня ответом. Плотнее застегнув куртку с надписью «охрана» на спине, он, глядя в Вечность говорит мне:
-Не гуляй в тундре под наркотиками.

Сай Кин.
  • Current Music
    Feint - Snake Eyes feat. CoMa

Про санкции и реакцию.

У меня такое ощущение, что многие уважаемые (все еще некоторыми людьми) либеральные издания напрочь забыли о термине «экономическая война». Многие с упоением пишут, о том, что после запрета и ограничений на импорт сельхозпродукции и отдельных продуктов питания для разных Европейских стран и США, Россия не сегодня, так завтра - кончится. Кто-то, например ребята Слона, видят в этом даже становление национальной идеи России, которая заключается в том, что русский просто обязан жить плохо. Люди же с Colta.ru искренне верят, что именно РФ и сам Путин лично ответом (я подчеркиваю – ответом) на санкции США и ЕС объявляют миру о том, что это они выбрали путь конфронтации с ним (то есть с миром). Серьезно. Я, например, не понимаю, каким образом то, что Россия не сидит, молча и с улыбкой снося пинки экономических санкций со стороны ЕС и США, а так же секторально им отвечает, ухудшит ее отношения, например, с Бразилией (да, и остальными членами БРИКС)? Или они не включены в понятие «весь мир»? Это, пожалуй, останется на совести автора приведенного выше материала и его образованности/необразованности в области геополитики. Но веремся к главному. Слухи о секторальных санциях применительно к РФ ходили давно. Сразу с их появлением было понятно, что этот новый пакет не зависит от действий России в рамках укаринского конфликта. Наоборот, как уже не раз показывала практика, стоит России хотя бы приблизиться к тому, чтобы дипметодами помочь урегулировать данный конфликт, она получает новую порцию ударов по своей экономике (сначала все выглядело смешно, но уже во втором пакете санкций были тревожные звоночки, когда под санкции попали уже не просто отдельные люди а такая крупная финансовая структура как банк «Россия»). США можно понять, с потерей Крыма они чувствуют себя уязвленными, так как это не только геополитически важная точка в военном плане, но еще и мощный рычаг давления на морскую торговлю в регионе. И он, скорее всего останется теперь под присмотром не только России, но и Китая, поскольку идею размещения в Крыму глубоководных китайских портов еще пока не похоронили. Итак Китай может выйти к ключевой торговой точке, многие даже думают о т.н. воссоздании Великого Шелкового Пути. И поэтому Китай в обозримой перспективе получит от этого преимущество. Россия же получив стратегически важный полуостров, также выводит собственную торговлю на новый уровень, но кроме этого снимает проблему содержания военных баз в этом регионе. Со вторым США еще могли бы смириться, но вот потенциальное усиление Китая, - это недопустимо. Любой стратег, начиная с Бжезинского и заканчивая Патом Бьюкенненом скажет что главный стратегический спореник Штатов в этом веке – это Китай. И тут Россия предоставляет ему шаткую пока, но все же возможность для усиления. Обама об этом тоже не раз говорил. Складываем все вместе и при фоне информационной войны (тут далеко за примерами ходить не надо – заявления Госдепа США чего только стоят), разворачивается война экономическая. В любом учебнике Вы увидите, что одним из элементов ведения этой войны является как раз запрет и/или ограничение экспорта и импорта. Неважно что это будет импорт кредитов (как в случае с США) или импорт мяса (как в случае с Россией). И естественно, как и на любой другой войне неминуемы потери. Европейский и заокеанский бизнес это признает. Наши бизнесмены это признают. Тут все вроде бы понятно.

Непонятно другое.

Такое ощущение, что в тот момент, когда Российская Федерация делает мало-мальски успешный шаг в области внешней политики, и получает хоть и эфемерное пока, но преимущество в диалоге (жестком, политически мотивированном, основанном на взаимных обвинениях, но все же диалоге), сразу же как по команде ряд изданий начинает твердить о начале конца, и намекать на то, что завтра на простых граждан вообще могут начать расстреливать и всячески умерщвлять (логика, ау!)… Я уж не говорю про свору успешных и не очень блогеров всех мастей и разливов. Зайдешь в твиттер, так кажется, будто каждое второе сообщение лично Джен Псаки писала, настолько они все сквозят бредом. Я сейчас совсем не намекаю на пятую колонну, но хочу поставить вопрос - а точно ли Мизулиной нужно было устраивать проверку на психическое здоровье?

Сай Кин.
  • Current Music
    Green Day – Holiday

Спонтанно про кино.

Я часто называю себя киноманом. При этом, как любой самовлюбленный гуманитарий, не читавший ничего из русской классики, я так же мало осведомлен о тех творениях мирового кинематографа, которые просто ДОЛЖЕН посмотреть каждый уважающий себя n. Например, я ничего не знаю о творчестве Акиры Куросавы (за исключерием того, что блестящий вестерн "Великолепная семерка" это своеобразный римейк его "Семи самураев"), не слишком собираюсь знакомиться с тем, к чему прилагали свои гениальные руки Жан-Люк Годар и Ким Ки Дук. И несмотря на это, кино я люблю и смотрю его тоннами. Всякое разное. Старое, новое, кассовое и фестивальное, отечественное и зарубежное...
Но, случилось так, что последний месяц занимался в основном тем, что по вечерам не сидел у монитора поглощая очередную ленту, а просто кидал файлы в папку "Посмотреть". Как результат разношерстная миниколлеция и запланированного, которая, скорее всего потребует-таки покупки большого телека.
Далее по списку:

1. Кафе «Донс Плам». Как-то начинал смотреть, был очарован молодыми (кино 1995-го года) Ди Каприо и Кевином Коннолли, но по какой-то дурацкой причине не закончил. Все никак не соберусь. Хотя черно-белая картинка и факт того, что весь фильм - это сплошной разговор, настраивают лично меня на позитивные ожидания от просмотра.
2. Железное небо. О фильме были весьма хорошие отзывы в самой разной прессе. Но ни мои руки, ни остальные части тела как-то не доходили.
3. Бегущий по лезвию. Рутгер Хауэр и Харрисон Форд в фильме по мотивам произведения Ф.К. Дика - до сих пор не могу понять, почему в свои двадцать восемь лет я еще не видел этого.
4. Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу. Классика классикой, но "черная комедия от Кубрика", - вот что рано или поздно сподвигнет меня запустить это кино.
5. Вспомнить всё. Римейк культового фильма Верховена. Колин Фаррелл не тот человек, кто портит (например его сильно недооценили в "Воображариуме доктора Парнаса", Лоу там куда безвыразительней, да и Джепп, если уж на то пошло).
6. Ледяной. Фильм по реальным событиям. Про семидесятые. Про киллера. С Майклом Шенноном. Надо смотреть.
7. Великий Гэтсби. Не удалось попасть в кинотеатр в тот момент, когда его крутили, о чем все еще жалею. Однако из-за безразмерной любви к книге смотреть опасаюсь. Даже несмотря на наличие Ди Каприо.
8. Джобс (с убогой приставкой Империя соблазна). Ну, хочется глянуть, но это ж сколько настроения ждать под такую картину.
9. Тихоокеанский рубеж. Меха. Этим все сказано.
10. Джеки Браун. Вот уж действительно странный пробел в моем кинообразовании.
11. Адаптация. Кто бы что ни говорил, а для меня Ник Кейдж - это фильмы "Скала", "Без лица", и "Угнать за 60 секунд". Люблю акера. Потому и к "Адаптации", которую на какие только премии ни выдвигали, подхожу с оптимизмом.
12. Обливион. Кроме того, что это фантастика с участием Тома Круза вообще о фильме ничего не знаю. Говорят он нудный, но мне такие вещи нравятся. Посмотрим.
13. Воин. Том Харди. Там же, мать его, Том Харди!
14. Спасти рядового Райана. Лет одиннадцать назад мы приобрели dvd этого фильма, а у него был закосячен звук, - первые минут тридцать это было немое кино. Естественно, что при таких раскладах болванка была возвращена, а кино так и не отсмотрено. Проходит время, и вот он - файл в папочке.
15. Космические дальнобойщики. Старая, старая косможвачка с Деннисом Хоппером. Еще одно своеобразное завершение гештальта со времен розовощекой юности.
16. Лоуренс Аравийский. В разных культурных объектах столько отсылок к этому фильму, что в один прекрасный момент ты думаешь: "да что ж там за кино-то такое?", и скачиваешь.
17. Слова. Брэдли Купер в последнее время хорош в драмах. Надеюсь, и здесь все будет как минимум неплохо. А если добавить сюда неплохой сюжет и Дэнниса Куэйда с Оливией Уалд...
18. Гаттака. Еще один фильм из девяностых. Тогда спецэффекты не сильно влияли на исход. Решали сценарий и актерская игра. Сценарий, судя по рецензиям, хорош, и в качестве актеров Итан Хоук (все же помнят как он отжигал в "Тренировочном дне") и Ума Турман - тоже что-то, да значит.
19. Человек с железными кулаками. Режиссер - рэпер. Место действия - феодальный Китай. В числе актеров - Рассел Кроу и Люси Лью. Это будет тот еще аттракцион.
20. Женщина в черном. Хочется посмотреть на Рэдклифа вне мплуа Гарри Поттера. Только и всего. Но если фильм окажется толковым, то я вовсе не обижусь.
21. Запрещенный прием. Я мог дважды сходить на него в кино, однако не срослось. Фильм получил разгромные рецензии и отзывы, провалился в прокате. И несмотря на это я верю в Зака Снайдера. Он подарил миру "Хранителей", он не может лажать.
22. Стартрек: Возмездие. Камбербэтч мне нравится, здесь он главгад. В принципе под таким соусом я могу смотреть любое кино.

Вот небольшой список того, что валяется на винчестере и ждет моих глаз. Теперь осталось только найти время для всего этого великолепия и решить, с чего же, все-таки, стоит начать.

Сай Кин.

Сквозь сон и дым. Постскриптум.

Версия Дэнни.
Прошло два дня. Два длинных дождливых дня. Просто сорок восемь часов, наполненные беготней, телефонными звонками, допросами… и дымом.
Рик стал курить еще больше. И стал хуже выглядеть. Его глаза потускнели, лицо посерело, черная щетина покрыла щеки. И когда, он смотрел на кого-то, складывалось впечатление, что он спит с открытыми глазами.
И Дэнни подозревал, что Рик не спал с тех пор, как Джину обнаружили мертвой в спальне его квартиры.
Наоко, разобравшись с полицией, куда-то исчезла. Она ушла, - пришли дожди.
Они были разные. Бешеные, с ураганным ветром. Тихие и спокойные, такие, которые очень быстро надоедают и портят настроение. Короткие и длинные…
Дэнни слышал от кого-то, что за эти два дня выпала месячная норма осадков. Все может быть…
Он наступил в лужу.
Где-то сзади залаяла собака.
Дэнни ускорил шаг.
Полчаса назад Рик звонил ему из парка и предложил встретиться. Связь была плохая, и Дэнни не понял, зачем нужна эта встреча. Одно он знал точно – Рику сейчас плохо. Ему больно. И эту боль не сравнить с теми проблемами, которые ему доставляла живая Джина.
Дэнни выругался. Даже мертвая, эта девчонка умудряется портить Рику жизнь…
Снова начался дождь. Мелкий и противный, такой, который льет часами. Его не чувствуешь, но в течение двадцати минут промокаешь насквозь.
Люди прыгали через грязные лужи, проносящиеся мимо машины поднимали фонтаны брызг, в канавах шумела вода. Что утро, что вечер – картина не меняется. Вода и унылые лица.
Дэнни ненавидел дождь.
В кармане плаща мобильник заиграл третью симфонию Бетховена. Дэнни заскочил под козырек одного из магазинов и, расстегнув плащ, вытащил телефон. На экране горел неизвестный номер.
Поколебавшись, Дэнни все же ответил на звонок.
-Не забыл меня? – тихо произнес низкий мужской голос.
Дэнни замер. Что-то холодное и липкое сковало живот.
-Я заходил к вам на днях, - продолжал голос, - мне не понравилось твое выражение лица.
Дэнни не шевелился. Он слушал, затаив дыхание.
-Еще один пункт контракта выполнен…
-Подожди, - перебил Дэнни, - это не в счет. Я этого не хотел.
-Правда?
Дэнни осекся.
-Ты правда не желал ее смерти?
Из дверей магазина вышла молодая красивая женщина. Она посмотрела на небо, раскрыла зонт и быстро направилась в сторону метро.
-Не играй со мной, Дэнни. Тебе нужен был Рик. Мне –  нужен ты. Мы ведь договорились.
-Но…
-Ты кровью расписался.
-Но ему ведь стало только хуже! – крикнул Дэнни в трубку.
-Это значения не имеет, - спокойно проговорил голос.
-Но ведь…
-Послушай, Дэнни. Ты славный парень… был. Но сейчас, я скажу тебе одну вещь, и хочу, чтобы ты ее обдумал.
Дэнни напрягся. Кулак в кармане плаща сжался так, что ногти впились в кожу.
-Когда дело касается твой души – будь осторожен в выборе желания.
В глазах у Дэнни помутнело. Дома напротив расплылись разноцветными пятнами.
-Осталось выполнить еще один пункт. Скоро я пришлю тебе счет.
Короткие гудки.
Гудки.


Версия Наоко.
-А кто для нас Дэнни? – внезапно спросил Рик.
«Кто такой Дэнни? Ты шутишь?»
Наоко замерла на секунду, а затем аккуратно поставила на полку очередную кружку. Вода становилась все горячее, из раковины валил пар, однако девушка не обращала внимания на кипяток.
-Он – многое.
Рик кивнул. Наоко сжала покрасневшие кулаки, ее губы слились в одну тонкую бескровную линию. Наложение печати отдавалось дикой болью в затылке… как хорошо, что она стоит к Рику спиной. Иначе даже в таком состоянии он начал бы задавать ненужные вопросы.
-Можно просто оставить ее, - произнесла Наоко, чтобы хоть как-то отвлечься от дикой боли.
-Можно, но я не знаю, как это сделать.
«Черта с два ты ее оставишь. Эта стерва уже не проснется».
Наложение печати завершилось. Где-то там, за коридором, в маленьком тесном туалете Дэнни сейчас рвет кровью. В его глазах двоится, а колени дрожат, и поэтому он вынужден прислониться плечом к стене, чтобы не упасть. Наоко едва слышно стонет, - это его судьба. Судьба посредника.
Рик продолжает говорить о чем-то, но девушка не слышит его. В какофонии различных звуков она пытается разобрать дыхание Джины.
Его нет.
Джина мертва…
Рик поднял голову и ахнул. На пороге, слегка пошатываясь, стоял Дэнии, его лицо было белее мела, а на правом глазу полопались капилляры.
-Что с тобой?
Дэнни попытался улыбнуться, и срывающимся голосом произнес:
-Поплохело что-то… Наверное, пойду прилягу.
Рик поднялся, затушил окурок в первой попавшейся тарелке и подошел к приятелю.
-Да пойдем. Заодно я Джину подниму.
Когда они покинули кухню, Наоко облегченно вздохнула и без сил опустилась на пол.
Из спальни понеслись по квартире удивленные голоса и звуки тяжелых шагов. Рик что-то кричал, Дэнни пытался его  успокоить… А потом был смех. Искренний звонкий смех. У Рика больше не было проблем.
Наоко сидела на полу, прислонившись спиной к разделочному столу, и улыбалась. Рик снова принадлежит только ей.
За окном щебетали проснувшиеся птицы, и все чаще раздавались автомобильные гудки.


Версия Рика.
Рик дрожащими пальцами выудил из полупустой пачки очередную сигарету. Наоко протянула ему зажигалку.
-Опять не спал всю ночь? – спросила она, глядя на то, как он пытается прикурить.
-Да вроде бы вздремнул, - произнес Рик, прикрывая пламя зажигалки рукой.
-Вроде бы?
-Что?
Наоко вздохнула.
Рик, наконец раскурил сигарету и, вернув зажигалку девушке, прислонился спиной к стене. В подъезде было прохладно, а на улице асфальт плавился под ногами.
-Он скоро придет, сказала Наоко, глядя на небо сквозь пыльное стекло.
-Кто?
-Дэнни.
-А.
Рик не знал кто такой Дэнни. Или не помнил. В последнее время, он очень быстро стирал из памяти имена и лица людей. Словно сигареты, летящие с балкона в темноту, эти лица растворялись в его сознании. А он крепко спал по ночам… Или думал что спит.
Рик зажмурился.
-Что с тобой? – спросила Наоко, подойдя чуть ближе.
-Пытаюсь проснуться.
Резкий удар. Пощечина заставляет его голову откинуться вправо. Рик открыл глаза, она вглядывалась в его лицо.
-Полегчало?
Рик занес руку для удара, но тут хлопнула дверь, и внизу послышались тяжелые шаги. Чуть позже они услышали и звуки одышки. Видимо, человек, поднимавшийся к ним, страдал избыточным весом, или…
-А человек ли? – произнес Рик.
Наоко изумленно посмотрела на приятеля. В последнее время с ним творилось что-то неладное. Но сейчас нет смысла начинать говорить об этом.
Дэнни оказался высоким и широкоплечим. Его действительно можно было назвать полным. И было что-то знакомое в его лице.
Он остановился рядом с Риком и, внимательно посмотрев на него, спросил:
-Нашел ее?
Рик прикрыл воспаленные глаза рукой и кивнул.
-Времени хватит? Включая ее, на вас висят две души.
-Не проблема.
Наоко сказала это, просто чтобы что-то сказать. Рик выпустил из пальцев истлевший до фильтра окурок и полез в карман.
-А он много курит, - заметил Дэнни.
-Да.
Рик достал сигарету и начал рыться в карманах в поисках зажигалки, он уже забыл, что в прошлый раз брал ее у Наоко.
Дэнни усмехнулся.
-Давно ты ее знаешь?
-Ее зовут Джина. Вчера познакомились.
Наоко вздохнула и протянула Рику зажигалку.

Сай Кин.
2007

Сквозь сон и дым.

Когда комната наполнена дымом, а ты все еще не отошел от сна, трудно заметить, как Смерть переступает порог.

Еще один красивый сон закончился. Последние кадры из почти идеального мира рассыпались разноцветными искрами. Рик проснулся, хотя больше всего на свете желал остаться там, где яви не существует.
Волосы Джины были мокрыми и пахли сигаретным дымом. Рик открыл глаза. Джина спала на спине, повернув голову к нему.
Балконная дверь была распахнута, и холодный северный ветер влетал в квартиру, парусом надувая тонкую занавеску. И слышно было, как высокие деревья шептались о чем-то, склоняя друг к другу пышные кроны.
Рик опустил руку, нашарил на полу старый сименс и набрал первый попавшийся номер. После серии длинных гудков из динамика раздался сонный женский голос.
-Я здесь, - тихо сказал Рик и, недослушав ответ, прервал связь.
Он посмотрел на гаснущий экран – половина третьего – и забросил телефон под кровать.
Джина что-то пробормотала во сне и перевернулась на живот. Рик осторожно встал с кровати, быстро оделся и прошел на кухню. Там в темноте, он, сидя на белом табурете, распечатал пачку ротманса.
Пока Рик курил его мозг работал над тем, что делать с Джиной. Девушку он знал не так уж давно. Она была уверена, что Рик начинающий бизнесмен, а он был уверен, что от Джины нужно избавляться как можно скорее.
Окно кухни выходило на один из центральных проспектов города, но в разгар ночи по дорожному полотну сновали только такси, да каждые несколько минут проносились четверки драгрэйсеров. И совсем редко, освещая улицу красными и синими огнями, проезжали полицейские машины.
Под окнами подрались несколько человек. Судя по голосам, кого-то пытались ограбить, но пока получалось плохо. На потолок ложились ломаные тени, и в каждой Рик видел что-то страшное.
Он выкурил сигарету до самого фильтра, так, что на последней затяжке обжег губы. Шепотом выругавшись, Рик швырнул бычок в раковину и достал из пачки новую сигарету. На секунду пламя зажигалки осветило темную кухню… А внизу прекратилась драка. Рику было лень выглянуть в окно и узнать, удалось ограбление или нет, и он по звукам пытался определить, что же там происходит. В тишине никто не произнес ни слова. Только каблуки застучали прочь от этого места.
Выкурив еще две сигареты, Рик включил розовый электрочайник, воды в котором было ровно на одну чашку кофе.
Чайник был новый. Так же как и блестящий тостер на холодильнике и два табурета, на одном из которых он сейчас сидел. Это Джина пару дней назад уговорила-таки его пройтись с ней по магазинам… А может, пройти сейчас в спальню и этим самым тостером врезать спящей Джине по голове…
Чайник скипел и отключился. Рик мотнул головой. Странные мысли. Вроде как не его.
На ручке чайника черным маркером было написано «проснись» – след вчерашнего утра…
Кофе был ужасный. Рик понял это со второго глотка. В итоге почти полная чашка была вылита в раковину, где кисло уже полдесятка окурков. А после Рик ровно двадцать пять минут стоял под теплыми струями душа, бьющими его по голове и плечам…
В гостиной телевизор показывал футбольный матч между аутсайдерами английской премьер-лиги. Рик лег на диван и закурил, уставясь в потолок. Девушка, спящая в соседней комнате, не давала ему покоя.
Джина была высокой длинноволосой брюнеткой с огромными черными глазами, пышным бюстом и практически белой кожей. Она была красавицей, и даже маленький шрам в виде полумесяца на левой скуле не портил ее красоты. Работала она консультантом по продажам в одном модном бутике. У нее всегда была наличность… Она познакомилась с Риком четыре дня назад, но как это произошло, Рик не помнил.
И теперь эта замечательная девушка стала ему мешать.
Рик повернул голову: ему показалось, что в спальне, под кроватью зазвонил его телефон. Он прислушался. Тишина. А потом во входную дверь робко постучали. В такой час это мог быть кто угодно.
Шагая к двери, Рик пытался вспомнить хоть одного обычного человека среди своих знакомых. Не получилось.
На лестничной площадке стояла Наоко. Американка японского происхождения она была довольно симпатичной девятнадцатилетней девушкой, которая, казалось, сошла со страниц популярной манги.
Наоко махнула рукой и без слов вошла внутрь. Рик молча запер за ней дверь.
На кухне первыми словами Наоко были:
-Проснулся?
Рик потер мочку правого уха:
-Вроде бы.
-Отлично. Ставь чайник.
Они курили дуэтом. Наоко морщилась, так как свои сигареты она где-то оставила, и теперь приходилось курить столь нелюбимые ротманс.
Ее красные волосы изрядно отросли за последние недели и она каждые несколько минут откидывала с глаз длинные пряди…Они шепотом говорили ни о чем и вдруг Наоко спросила:
-Ты вообще сегодня ложился?
Рик пожал плечами, швырнул окурок в раковину:
-Вроде как.
Он хотел предложить ей заказать пиццу, но в этот момент в ее сумочке запиликал телефон.
Пока она говорила, он сходил в спальню и достал из-под кровати свой сименс. Джина лежала на животе, завернувшись в простыню. В голове мелькнуло: надо что-то с ней делать.
-Кто звонил? – спросил Рик, возвращаясь на кухню.
-Дэнни.
Длинные пальцы Наоко стряхнули пепел прямо на пол. Рик проигнорировал это.
-Что ему надо?
-Сказал, что едет сюда.
Рику показалось, что в комнате стало холодно, он подошел к окну и закрыл форточку.
-Скинь ему, пусть привезет чего-нибудь поесть
Внезапно Рик вспомнил, что вчера ему снилось, как они с Дэнни подрались на ножах и он порезал ладонь этому богатею. А потом поил его дешевым разливным пивом…
Дэнни приехал почти в пять, когда у Рика закончилась первая пачка. При появлении Дэнни Рику вспомнилось еще кое-что. Давний разговор (когда же он произошел?) случившийся точно так же, рано утром на чьей-то прокуренной кухне.
«-А откуда ты знаешь, что все вокруг не сон?
-Как только просыпаюсь, сразу же делаю что-нибудь абсолютно нелогичное и слежу за реакцией окружающих».
Дэнни был мрачен.
Он вообще редко улыбался, но сегодня смахивал на антигероя древнего эпоса. Высокий, плечами шире дверного проема, с каменным лицом и тяжелым взглядом, он всем своим видом отметал возможность легкой беседы. А на вопрос Наоко, что с ним, буркнул:
-Пятна в глазах… Дайте пепельницу.
Вот так. Пятна в глазах. И, поди пойми, о чем он. Рик глянул в окно. Небо стремительно светлело, а на дороге количество машин так же стремительно увеличивалось. Рик ел привезенную Дэнни пиццу, и пытался вспомнить, как он с ним познакомился и почему этот парень так ему не нравится. А потом его взгляд упал на марлевую повязку, которой была перетянута правая ладонь Дэнни.
Почему правая? Где же тогда был нож? Рик чуть не хлопнул себя по лбу: ну, конечно, ведь Дэнни левша!
Но если драка на ножах была наяву, что же было сном? Что снилось?! Вчерашний вечер с Джиной и ее братом? Или вот эти минуты?! А что ему ответила та женщина, которой он сегодня позвонил и сказал «я здесь»? Звонил ли он ей?
У правого плеча раздался голос Наоко:
-Ты что, заснул там?
Рик покачал головой. Он достал новую сигарету, повернулся к Наоко, закурил и, затянувшись, выпустил струю дыма ей в лицо.
-Эй! Хватит, - крикнула она, - перестань так делать! Сколько можно.
Дэнни посмотрел на Рика и спросил:
-Откуда у тебя эта дурацкая привычка? И почему все это терпят?
Рик задумался.
Он запутался в своих снах, и уже не мог найти среди них реальность.
-Наверное, поэтому волосы Джины всегда пахнут дымом – сказал он – она ведь сама не курит.
Дэнни хмыкнул. А сам Рик обнаружил заусенец на безымянном пальце…
Солнце появилось над крышей дома напротив, и его лучи ударили в окно, словно копья воинства светлых богов.
-Где у тебя туалет? – спросил Дэнни.
-По коридору направо.
…Наоко мыла посуду. Вода шумела так сильно, что Рик опасался, как бы не проснулась Джина. Он докуривал вторую пачку за эти несколько часов. На день оставалось меньше половины блока.
-И что ты думаешь с ней делать? – спросила Наоко.
Рик пожал плечами. Он не знал. И чем больше он над этим думал, тем хуже становилось на душе.
-Как много она знает?
«Ничего она не знает» – сказал незнакомец в черном плаще, стоящий в дверях.
Рик быстро повернулся. Никого. Снова взбудораженное сознание играет с ним. Он шумно выдохнул… Нужно поспать… Но ведь он совсем не давно встал с кровати. Только вспомнить бы спал он на ней или просто лежал, глядя в потолок, представляя разные миры.
-Может, она не опасна? – продолжала Наоко.
-А кто для нас Дэнни? – спросил Рик вместо ответа.
Руки Наоко отложили в сторону очередную кружку. Она сказала:
-Он – многое.
Рик выругался про себя: чертовы японцы! Никогда не скажут напрямую.
И снова показалось, что фигура в темном, стоит в коридоре. Может, об этих пятнах говорил Дэнни?
-Можно просто оставить ее, - сказала Наоко.
-Можно, - согласился Рик, - но я не знаю, как это сделать…
На кухне вяло протекал тихий разговор. А в спальне Джина перестала дышать. И никому это даже в голову не пришло.
Рик все еще прикидывал в уме различные варианты своих действий относительно Джины. Морально, он все же не был готов убить девушку, но и не хотел пускать дела на самотек… Он еще не знал, что его терзания уже бессмысленны.
Джина умерла.
Умерла незаметно.


Когда комната наполнена дымом, а ты все еще не отошел от сна, трудно заметить, как Смерть переступает порог.

Сай Кин.
2006.

Psychotic weekend. Delusion.

Глаза слезятся. Ты упорно всматриваешься в тонкую голубую линию, которая соединяет размытые крыши домов с далёких окраин и серое утреннее небо. Ищешь фигуру черной волшебницы, которая повинна во всех твоих страданиях. Она должна быть где-то там, на стыке миров, на тонком фанерном щите, на ресницах бабочки, в ноздре кокаиниста, в петле, в чьей-то крови. Она просто обязана быть где-то там. Ведь если Её там нет, то…
Хрустят пальцы. Боль заставляет отвернуться, отшатнуться, отскочить от окна и его раскаленного стекла. Упасть в ворох тряпья, запутаться в старых джинсах, грязных простынях, растянутых футболках. Тебя становится трудно дышать. Чужие запахи врываются внутрь твоего одеревеневшего тела. Они заполоняют мысли, притупляют ощущения, закрашивают картины импрессионистов, режут на лоскуты воспоминания, переписывают диалоги. И ты слышишь Её смех. Выныриваешь на поверхность. В коридор, в темноту, в мягкие объятия медвежьей шкуры. Тихо ступаешь по мертвому меху, по дивным волосам Рапунцель, по размытым пятнам вина и сока.
Недовольно мычишь и тут же натыкаешься на кого-то. Тебя толкают. Почти нежно. И ты оказываешься в лабиринте слов и улыбок. Стены человеческих тел, стройных и загорелых, перемежаются с серыми разрисованными дёгтем застенками. Где-то позади смеётся Фавн. И Она. Ты бежишь.
В безумной надежде цепляешься за последний стебелек, за травинку, за костлявую детскую ручонку, за седой волосок шлюхи-надежды. И только на выходе из квартиры-лабиринта, раздавив кота, порезав четыре из шести несломанных пальцев, ты замираешь в дверях. Черным силуэтом, горбатой тенью, скрюченным знаком вопроса, который плавно перетекает в цифру семь. Стоишь.
Соляным столбом, истуканом, творением доктора Франкенштейна, испуганной лабораторной крысой, ты стоишь, пригвождённый к порогу. Парализованный страхом.
Черная волшебница стоит на лестнице. Смотрит на тебя.
Её рот начинает растекаться в довольной ухмылке.

Сай Кин.
  • Current Music
    Magic Wands – Black Magic

Сентябрь уж наступил...

В очередной раз из пучины депрессии и творческого застоя меня вытаскивает классика манги. В этот раз я наконец-то добрался до "Несносных пришельцев". То, что в далеком детстве взапой смотрелось на кассетах с ужасным двухголосым переводом теперь взапой читатется. Остается только не забывать спать, рисовать, да на работу ходить.

Сай Кин.

Любовь к Отечеству на расстоянии.

Дьявол кроется в мелочах. Да.
Мне не нравится путешествовать. Ни в каком виде. Ни пешком, ни поездом, ни самолетом (морем не пробовал, но подозреваю, что тоже буду не в восторге). Соответственно, отдых за границей меня не прельщает, и я готов весь свой безразмерный лений отпуск сидеть дома, вливая все премиальные и отпускные в местную экономику. Но вот, создается ощущение, что я плохо вписываюсь в летний образ российского города. Мне недвусмысленно намекают, что лучше бы мне проводить свое свободное время где-нибудь ещё. Первый намек - стабильное двухнедельное (это в среднем) отключение горячей воды, и оно отнюдь не повышает чувтво комфорта. Регулярные смоги из-за того, что пригороды и окрестные леса вечно горят, тоже не особо радуют. Ужасные пробки, и практически полное отсутствие кондиционеров в обещственном транстпорте, заставляют испытывать еще большее раздражение из-за отсутствия горячей воды... Замечательная картина, правда?
Именно эти факторы убеждают в том, что летнюю Россию лучше любить на расстоянии. А есть еще Россия зимняя, весенняя и осенняя, и там тоже имеются свои нюансы.

Сай Кин.

Замечательное лето 2013.

Отпуск. Настоящий. Не подделка в виде рождественских псевдоканикул или ещё каких-то невнтно-длинных праздиков, а самый настоящий отпуск. Время, ничем не обременённое.
В моём понимании - это спокойствие и отсутствие людей. Вялотекущие часы на диване, с хорошей книгой в руках или планшетом, по которому лениво скользит перо. А в перерывах между рисованием и чтением, просмотр классики кинематографа вроде фильмов Хичкока или спагетти-вестернов шестидесятых. Всё спокойно и размеренно. Вот идеальный отпуск.
Именно так сейчас и протекают мои июль и август (на август я, во всяком случае, очень надеюсь). Я ем мороженное, пью фруктовый чай, гуляю по центру в поисках кафе для неспешного обеда, смотрю "долларовую трилогию" и рисую комиксы, попутно моделируя 3d-домики.
Чем не жизнь?

Копия podstava_03_fas

Сай Кин.